СУДЬБА РОССИЙСКОГО КРЕСТЬЯНСТВА.
РАСКУЛАЧИВАНИЕ И СПЕЦПОСЕЛЕНИЯ НА ЮЖНОМ УРАЛЕ
1930 - 1941 годы

История России с роковой неизбежностью выталкивала не только худших, но и лучших своих людей - на Урал, в Зауралье и далее в Сибирь - в ссылку и на каторгу. Там побывало немало народа: разбойники и бояре, царские любимцы и царицы, казнокрады и декабристы, бродяги и революционеры. Но всех их объединяло одно - они преступили закон - плох или хорош, справедлив или не справедлив был закон - разговор особый. Ясно одно - закон был нарушен и его нарушители знали, за что наказаны.

Однако, в 20 - 30-е гг. XX века этот общий порядок был нарушен. В ссылку без суда и следствия были отправлены десятки тысяч мужиков и баб, стариков и детей, вся вина которых заключалась только в том, что они хорошо работали и не вписывались в тоталитарную систему. И она их примерно наказала.

30 января 1930 г. Политбюро ЦК ВКП(б) рассмотрело и приняло постановление " О мероприятиях по ликвидации кулацких хозяйств в районах сплошной коллективизации". В тот же день это постановление спешно по телеграфу было передано для исполнения всем местным партийным организациям. Одновременно к "ликвидации кулачества" подключились органы ОГПУ и красноармейские части.

А работа предстояла немалая. По расчетам специально созданной для этого комиссии, возглавляемой В.М. Молотовым, намечалось 60 тысяч глав крестьянских хозяйств заключить в концентрационные лагеря или расстрелять, а их семьи выслать в отдаленные районы страны. Кроме того, 150 тысяч крестьянских семей предполагалось подвергнуть ссылке, из них 70 тысяч намечалось сослать в северные края, 50 тысяч - в Сибирь, остальные - на Урал и Казахстан1.

В соответствии с общим планом "раскулачивания" бюро Уралобкома ВКП(б) от 5 февраля 1930 г. (протокол № 5, п. 1) определило порядок проведения работ и установило по районам следующее количество кулацких хозяйств, подлежащих выселению из пределов Челябинского округа на север Уральской области:

Усть-Уйский район - 260 хозяйств;

Челябинский район - 300 хозяйств;

Еманжелинский район - 225 хозяйств;

Бишкильский район - 210 хозяйств;

Щучанский район - 230 хозяйств;

Мишкинский район - 200 хозяйств;

Шумихинский район - 200 хозяйств;

Бродокалмакский район - 175 хозяйств;

Чудиновский район - 250 хозяйств; 'У

Ялано-Катайский район - 200 хозяйств .

Аналогичные планы были спущены местным партийным органам по Троицкому, Златоустовскому округу и т. д. Однако масштабы раскулачивания приняли более широкий размах, чем планировали сами организаторы. Так, Троицким окружкомом ВКП(б) в районы было спущено контрольное задание на раскулачивание 2 230 крестьянских хозяйств. Местный актив, действуя по принципу: лучше перегнуть, чем недогнуть, утвердил к раскулачиванию 2 595 хозяйств. Район Контрольное задание Утверждено постановлением общих собраний3 Уйский район 310 хозяйств 331 хозяйство Кизильский район 90 хозяйств 141 хозяйство Верхнеуральский район 205 хозяйств 264 хозяйства Троицкий район 250 хозяйств 244 хозяйства Магнитогорский район 170 хозяйств 220 хозяйств У вельский район 300 хозяйств 336 хозяйств Каракульский район 200 хозяйств 243 хозяйства Кочкарский район 230 хозяйств 293 хозяйства Варненский район 190 хозяйств 193 хозяйства Полтавский район 91 хозяйство 193 хозяйства Нагайбакский район 144 хозяйства 180 хозяйств

С целью придания процессу раскулачивания правовой основы, ЦИК и СНК СССР приняли 1 февраля 1931 г. постановление "О предоставлении краевым (областным) исполкомам и правительствам автономных республик права выселения кулаков из пределов районов сплошной коллективизации сельского хозяйства"4.

Кулаки были разделены на три категории: I - контрреволюционный актив - кулаки, активно противодействующие организации колхозов, бегущие с постоянного места жительства и переходящие на нелегальное положение. Г лавы семей арестовывались, дела об их действиях передавались на рассмотрение спецтроек в составе представителей ПП ОГПУ, обкомов ВКП(б) и прокуратуры; члены семей выселялись в отдаленные районы страны с конфискацией всего имущества. II - наиболее богатые кулаки, местные кулацкие авторитеты, являющиеся оплотом антисоветского актива. Все крестьяне второй категории и члены их семей подлежали выселению на спецпоселение. III - остальные кулаки, как правило, переселялись внутри области или края.

На практике выселению с конфискацией имущества подвергались не только кулаки, но и, так называемые, подкулачники, т. е. середняки, бедняки и даже батраки, уличенные в прокулацких и антиколхозных действиях. Тут широко постарались доносчики, люмпены и просто озлобленные люди, пропившие и прогулявшие свою трудовую совесть.

Затевая раскулачивание крестьянства, организаторы решили ряд проблем: 1. Ликвидация сопротивляющегося класса, т. е. решение политической проблемы. 2. Подчинение сельского хозяйства своим великодержавным замыслам путем организации колхозов и последующего ограбления их (изъятие с/х продукции).

Постепенно проблема "ликвидации кулачества" из области идеологической и политической плоскости незаметно переросла в более прозаическую - Сталинскому государству нужна была бесплатная и послушная рабочая сила на самых тяжелых работах. Вот почему в инструкциях по раскулачиванию подчеркивалось, что выселению подлежат только те кулацкие семьи, которые имеют трудоспособных мужчин5.

Более половины сосланных крестьян были направлены на самые тяжелые и изнурительные работы в лесную, строительную и горно-рудную промышленность. Так, на территории Челябинской области они участвовали в строительстве Челябинского тракторного завода, Магнитогорского металлургического комбината, восстанавливали шахты и работали на них в Карабаше, Коркино, Сатке, Копейске, трудились на заготовке леса в Златоустовском районе, Миньяре и т. д. Например, в 1938 году на Магнитогорском металлургическом комбинате трудилось 8 304 спецпоселенца.

Однако, опыт использования крестьян в качестве рабов, показал, что хозяйственные органы (Наркомзем, ВСНХ, Наркомтруд) не способны наладить работу в такой специфической для них сфере деятельности. Поэтому в мае 1931 г. специально созданная для этого ЦК ВКП(б) комиссия во главе с заместителем председателя СНК СССР Андреевым приняла решение - ввиду безобразного использования рабочей силы спецпоселенцев и беспорядка в содержании их хозорганами - передать целиком в ОГПУ хозяйственное, административное и организационное управление по спецпоселенцам6, т. е. все административно-организационное управление спецпоселками было возложено на ГУЛАГ ОГПУ.

После передачи в ведение органов ОГПУ, спецпоселки мало чем стали отличаться от существовавшей сети исправительно-трудовых лагерей. Административное управление поселками осуществляли коменданты, в помощь которым придавалось от 2 до 5 стрелков охраны. Районным аппаратам ОГПУ были приданы дополнительные должности районного инспектора по спецпоселенцам, его помощника и делопроизводителя. Всего по СССР было 1741 спецпоселение, в которых содержалось на 01.01.1938 - 997 329 человек. В Челябинской области штат отдела и райкомендатур по спецпоселенцам ПП ОГПУ составлял 86 человек, распределенных по 43 спецпоселкам, в которых проживало в 1934 году - 14 730 семей раскулаченных (50 828 человек), в 1938 году - 58 863 человека7.

Они обеспечивали систематический контроль за использованием спецпоселенцев на хозяйственных работах, их бытовое обеспечение, чекистское обслуживание и регулярный учет.

В первые годы жизни в "кулацкой ссылке" положение спецпоселенцев было крайне тяжелым. Норма снабжения в 1931 году составила, из расчета выдачи на месяц: муки - 9 кг, крупы - 9 кг, рыбы - 1.5 кг, сахара - 0.9 кг; а с января 1933 г., по распоряжению Союзнаркомснаба, норма снабжения была снижена: муки - 5 кг, крупы - 0.5 кг, рыбы - 0.8 кг, сахара - 0.4 кг. Вследствие чего положение спецпоселенцев резко ухудшилось, особенно в Уральской о области . На почве голода резко увеличилась заболеваемость и смертность среди поселенцев, так в 1932 году умерло 89 754 человека, из них по Уральской области - 32 645 человек, в 1933 году умерло всего 151 601 человек, из них по Уральской области - 51 010 человек. Особенно велика была детская смертность. В докладной записке Г.Г. Ягоды и наркома РКИ Рудзутака отмечалось: "заболеваемость и смертность спецпоселенцев велика, месячная смертность равна 1.3 % населения за месяц. В числе умерших особенно много детей младших групп. Так, в возрасте до 3 лет умирает в месяц 8 - 12 % этой группы, и в Магнитогорске - еще более, до 15 % в месяц".

Большинство репрессированных искренне верили в то, что в отношении к ним совершена грубая ошибка со стороны местных властей и активистов, поэтому каких-либо массовых протестов и выступлений не было. Основной и самой распространенной формой протеста были побеги. Многие, в основном женщины и дети, пытались любой ценой вернуться домой. Для пресечения побегов применялась круговая порука с выделением от каждого десятка ответственного, обязанного следить за коллегами по несчастью. Назначались награды за поимку сбежавших. Было усилено агентурное наблюдение, создавались чекистские отряды для организации поимки беглецов, выставлялись спецзаслоны и заградительные группы. Задержанных арестовывали и возвращали в прежнее место ссылки с последующим наказанием.

Однако народ вновь и вновь убегал, так по Уральской области в 1932 году из побегов возвращено к месту ссылки 16 922 человека, бежало - 97 005 человек. В 1933 году возвращено из бегов 17 792 человека, а бежало за это время 55 983 человека (всего по СССР бежало в 1932 году 207-010 человек, в 1933 году - 215 855 человек, поймано в 1932 году - 37 978 человек, в 1933 году - 54 211 человек.).

К 1935 году раскулаченные крестьяне относительно обжились в местах высылки, построили дома, утепленные бараки, обзавелись хозяйством. Однако около 12 % спецпоселенцев все еще проживали в землянках и полуземлянках. Резкому улучшению благосостояния спецпоселенцев способствовала политика правительства, довольно регулярно выносившего решения о наделении их семенным фондом, выделении сельхозугодий, обеспечению условий обзаведения хозяйством для освоения необжитых и малообжитых районов. По состоянию на 1 января 1938 г., для ведения сельского хозяйства спецпоселенцам было отведено 3 035 644 га земельных угодий, из них 1 128 194 га - пахотных, 287 431 га - сенокосных, 590 789 га - пастбищных, 44 914 га - усадебных земель. С 1930 по 1937 год спецпоселенцами освоено 2 202 066 гектаров земли.

В начале и в середине 30-х годов прошлого века шло не только направление в ссылку людей, но и имелся обратный отток. Так в 1934 - 1938 гг. по СССР, как неправильно высланных, возвращено 31 515 человек, передано на иждивение родственникам инвалидов, стариков, малолетних детей - 33 565 человек, тысячи человек были освобождены на учебу, в связи со вступлением в брак с невыселенцами или по другим причинам.

Однако первый правовой акт, который позволил приступить к массовому освобождению из кулацкой ссылки, было постановление Совета Народных Комиссаров СССР от 22 октября 1938 г. "О выдаче паспортов детям спецпоселенцев и ссыльных". Согласно этому постановлению, "дети спецпоселенцев, если они лично ничем не опорочены", получали паспорта по достижению 16 - летнего возраста, на спецпоселение не становились и могли покинуть поселки. Так, согласно этому постановлению, в 1938 году освобождено 1 824 спецпоселенца, в 1940 году - 77 661 спецпоселенец. Численность спецпоселенцев на 1 января 1940 г. по СССР составляла 997 513 человек (262 767 семей), в т. ч. в Свердловской области - 105 677 человек (28 886 семей),в Челябинской области - 54 940 человек (13 513 семей)9.

С началом Великой Отечественной войны поток заявлений об освобождении значительно снизился, а от некоторых ранее освобожденных поступили просьбы вновь зачислить на спецпоселение. Это понятно! Статус спецпоселенца спасал от военной службы и отправки на фронт. Отдел спецпоселений ГУЛАГа НКВД СССР, обеспокоенный таким положением дела, разослал директиву на места об ускоренном освобождении молодежи и передаче ее на учет военкоматов. Однако, стоит отметить, что не все спецпоселенцы пытались спрятаться за своим статусом и не идти на фронт. Так, с начала войны и до 15 октября 1941 г. в Красную Армию призвано 3 218 спецпоселенцев, из них в кадровые части - 301 человек и 2 917 - в специальные строительные батальоны. Для пополнения рядов Красной Армии Государственный Комитет Обороны СССР 11 апреля 1942 г. принял постановление № 1575 сс, согласно которому бывших кулаков разрешалось призывать на военную службу. Приказом НКВД СССР № 002303 от 22 октября 1942 г. всех спецпоселенцев, призванных в Красную Армию, и прямых членов семей (жена, дети) с учета спецпоселения снимали в месячный срок с момента призыва10.

Сотни и тысячи бывших спецпоселенцев мужественно и геройски защищали Россию от немецко-фашистских оккупантов, десятки из них награждены орденами и медалями.

Оставшиеся на спецпоселении успешно трудились в тылу, вкладывая свою частицу в общее дело победы над фашизмом, работая на Магнитогорском металлургическом комбинате, в шахтах Копейска и Коркино, на танковом производстве ЧТЗ, в шахтах и карьерах Сатки и Бакала, медеплавильном производстве Карабаша, заводах Златоуста и сельском хозяйстве. На момент окончания войны (01.08.1945) на спецпоселении в Челябинской области оставалась 10 331 семья, общей численностью 30 613 человек. Из них:

Магнитогорск - 4 144 семьи - 12 349 человек,

Копейск - 1 532 семьи - 4 538 человек,

Челябинск - 1 518 семей - 4 319 человек,

Коркино - 1 202 семьи - 3 698 человек,

Сатка - 578 семей - 1 455 человек,

Карабаш - 390 семей - 1 109 человек,

Златоуст - 457 семей - 1 397 человек,

Миньяр - 459 семей - 1 367 человек,

Варна - 91 семья - 281 человекI 11.

После окончания Великой Отечественной войны, спецпоселенцы и оставшиеся на учете продолжили свою ударную вахту по восстановлению промышленного производства, переводу его на мирные рельсы. Учитывая большой вклад спецпоселенцев в промышленное производство, освоение малообжитых территорий и прочное хозяйственное обустройство их в Челябинской области, Министерство внутренних дел обратилось в Совет Министров СССР с предложением о досрочной отмене особого режима в спецпоселках и об освобождении из спецпоселения бывших кулаков, расселенных на территории Челябинской области. 25 марта 1948 г. Постановлением Совета Министров СССР № 912-294 сс спецпоселение бывших кулаков на территории нашей области было ликвидировано. Закончилась еще одна печальная страница в летописи Челябинской области.


1 Российский государственный архив экономики (РГАЭ). Ф. 7486. Оп. 37. Д. 78. Л. 43 - 44. Объединенный государственный архив Челябинской области (ОГАЧО). Ф. Р-98. Оп. 6. Д. 23. Л. 8 - 12.
3 ОГАЧО Ф. П-170. On. 1. Д. 909. Л. 28 - 29, 158 - 164об.
4 " Известия ". - 1931. - 2 февр.
5 ОГАЧО Ф. Р-98. Оп. 6. Д. 23. Л. 8.
6 Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). Ф. 9479. On. 1. Д. 2. Л. 10.
7 Архив ГУВД Челябинской области. Ф. 3. Д. 1934. Т. 1. Л. 97.
8 Докладная ГУЛАГ от 3 июня 1953 года в ЦК ВКП(б) и РКП.
9 Земсков В.Н. Спецпоселенцы: По документам НКВД - МВД СССР. - Социол. исслед. - 1990. № 11. - С. 3-6.
10 Архив ГУВД Челябинской области Ф. 3. Д 1942. T. 1. Л. 442; Ф. 2. Д. 1942. Т. 1. Л. 345.
11 Там же. Д. 1945. Т. 1.


Максимов Н. И.
председатель комиссии по восстановлению прав
жертв политических репрессий
в 2006-2011 годах.